Эту новость мне прислали в час ночи 28 октября... Сон как рукой сняло.
...Памяти Политковской, памяти Новодворской, памяти Немцова, теперь Буковского...
Уходят из жизни лучшие люди, с которыми сводила меня судьба. И я даже не знаю в такие дни скорби: гордиться знакомством с ними и радоваться этому, или, просто скорбить и хранить в душе все наши встречи, разговоры и подробно описывать эти мгновения для своих последователей, да и просто для истории.
На душе кошки скребут...
Как я познакомилась с Владимиром Буковским? 5 апреля 2008 года в Санкт - Петербурге в отеле "Англетер" прошла конференция с названием "Новая повестка дня для демократического движения". Ударным днем выступлений был 5 апреля, но до этого у нас с 3 апреля было много встреч с политическими лидерами и старыми диссидентами.
И среди них был приглашенный на эту конференцию писатель Владимир Буковский.
Я столкнулась с ним в первый раз на улице перед конференцией. Он стоял у входа в отель и курил. Поскольку я тоже курильщик с длительным стажем, я подошла к нему, и взяла в руки сигарету. Зажигалки под рукой не оказалось, и я просто попросила огня. Владимир Константинович спокойно дал мне прикурить. Зажигалка была у него в руке.
- На конференцию? - спросил он, кивнув на дверь.
- Да, вчера ночью приехала, устала.
- Откуда вы? - спросил он
- Из Мурманска.
- О, город моряков, уважаю, - улыбнулся он. - Холодно там у вас?
- Снег еще лежит. По сравнению с Мурманском тут уже лето. - ответила я.
Рядом с Владимиром Константиновичем толпились люди, и меня стали заметно отжимать от него.
Не знаю, что это было, но он сделал интересный жест. Меня от него заслонила фигура какого-то долговязого парня. А Буковский протянул руку, и мягко, но с нажимом отодвинул долговязое тело, протянул мне руку, и поставил рядом с собой. Окружающие почитатели сразу перестали оттирать меня в сторону.
Так мы и стояли. Я помалкивала, куря сигарету и высматривая своих, а он отвечал на вопросы подходивших к нему участников конференции, и постоянно поглядывал в мою сторону.
Я загасила сигарету, он тоже.
Неожиданно он обратился ко мне:
- Пошли чаю попьем, тут кафешка есть и курить можно.
Действительно рядом было маленькое кафе, где он просто усадил меня на стул, а сам пошел за чашками.
- Не люблю, когда мешают
- Ну вы такой известный человек, приходится терпеть. - сказала я. А почему я?
- Почему вы тут со мной?
- Ну да - в моих глазах был немой вопрос
- Люблю общаться с симпатичными женщинами - в глазах его были веселые огоньки.
О, черт, я забыла, мы тут не только политикой занимаемся, могут быть и просто человеческие симпатии. Но удивительно, что его маленький комплимент я восприняла совершенно спокойно, как некую дурашливость или детскую игривость.
Похоже, Буковский был на той же волне.
- Я сам немного волнуюсь, пригласили как известного диссидента. Кстати, ваше лицо мне кажется знакомым. Вас как зовут?
- Елена Васильева, Мурманск, ОГФ Каспарова и эколог
- Стойте-стойте, - Владимир Константинович внимательно посмотрел мне в глаза, - это не вы ли та бузотерка с "Курском"?
Тут я засмеялась:
- Я))) и не только с "Курском"
- Лихо вы Северный флот наклонили, следил за ситуацией, и в газетах у нас читал.
Он смачно затянулся сигаретой, слегка откинул голову назад, и хлопнул себя по колену.
- Расскажете, что там на самом деле произошло?
- Конечно расскажу, - парировала я. - Вам обязательно.
- Ну, пора, - сказал он.
Да, я понимала, что конференция начинается и Владимир Буковский должен там выступать.
Мы зашли в вестибюль гостиницы. Народу было много, и людской поток унес Буковского налево по коридору
Он обернулся и громко сказал:
- Мы еще не закончили разговор!
Я прижалась к стене, чтобы пропустить особо ретивых.
Встреча оставила неожиданно теплые чувства доброй симпатии к этому человеку.
Позже я вошла в зал, увидела, что Буковский сидит недалеко от Каспарова рядом с Новодворской.
Эх, жаль, нас потом много фотографировали вместе, но где эти фотографии, и где эти люди - не знаю.
На той конференции в своем выступлении Владимир Буковский сообщил залу, что хоть он и не является политиком, но нужно понимать, что российское общество рано успокоилось после перестройки, сделано много ошибок, которые могут привести к роковым последствиям. И еще мне запомнилось, что он рекомендовал политикам не спешить растаскивать свой актив по партиям. Не то время. Лучше создавать маневренные движения, которые больше, чем партии объединяют людей.
Я была полностью согласна с его мнением, поскольку в своих статьях и выступлениях того времени сама рекомендовала не преобразовывать движения в партии. Слишком большой утратой для российского общества была огромная ошибка: затолкнуть российское экологическое движение в рамки партии "Яблоко", которое стало реальным могильщиком наших экологических достижений, и развалило это сплоченное сообщество.
С Буковским в те дни я больше так и не встретилась. Видели друг друга издали, кивали головами и улыбались.
...В декабре 2008 года мы с членами российской оппозиции собрались в Москве на
Я, как и еще несколько протестных лидеров из регионов, вошла в состав федерального руководства этого движения. Минимум раз в два месяца в течении последующих четырех лет приезжала на различные заседания.
- Привет, бузотерка.
Весна 2009го, заседание ФПС. Я сижу в курилке, а это голос у меня за спиной. Поворачиваюсь. Буковский стоит и шарит у себя в кармане, ищет сигареты. Протягиваю ему свою пачку. Он вытаскивает сигарету из моей пачки, при этом говорит:
- Вообще-то я предпочитаю свои, чтобы табак не менять и не кашлять.
- Я тоже, говорю я - здравствуйте.
Он садится рядом в кресло, закуривает. Потом неожиданно говорит:
- Заседание на целый день, давай сядем поближе к выходу.
Я его молниеносно понимаю:
- Вас тут все-равно в вестибюле вопросами тормозить будут, я место займу за столом.
- Вот и хорошо, - выдохнул он.
- Как там Лондон?
- В тумане - о, мы на той же волне, что и в Питере, приятно.
- А как там Мурманск? - спрашивает он
- Все так же - в снегу, - отвечаю я
Понятно, ни о чем серьезном сейчас тут в курилке говорить не хочется. Впереди целый день обсуждения серьезных политических дел, а тут - релаксация. Значит вопросами не загружаю.
Вот так и родилась у нас традиция... Приезжая на заседания ФПС, я первой шла в зал, занимала два места за столом поближе к выходу. Заседания были долгими с парой перерывов, а мы каждый час "сигналили" друг другу пожатием руки, тихо вставали из-за стола и выходили покурить.
Вообще, курилка - это святое место. Именно там рождались многие блестящие идеи. Кто курит - то поймет. И мы с Владимиром Константиновичем успевали переговорить об очень многом.Причем, воспринимали оба это как некую забавную игру: два взрослых умных политика в мгновение ока превращались в шкодливых подростков, выскальзывали в курилку, где не надо называть друг друга на вы и по имени отчеству. Болтали на равных. Он хвалил мои статьи, иногда жаловался на здоровье, и на свой спокойный быт дома.
Помню, однажды я "созрела" до разговора о его папилломах на лице.
- Почему ты их не удалишь? Это же просто, возьми и выдерни.
- Обращался я к врачам. Они говорят, что тут нужна операция.
- Ну, для глубоко вросших - да, а я тебе говорю вот об этой и этой, возьми и прямо сейчас дерни.
- Боюсь, - признался он. И прозвучало этот как-то по-детски незащищенно. И я поняла, что у него внутри это именно так - ему страшно.
Я рассмеялась.
- Видела мужчин, что при виде шприца сознание теряют, но чтобы так...
О сделал затяжку:
- Ну говорю тебе, боюсь. - И сам засмеялся.
- Ладно, если созреешь, я тебе сама их выдерну.
Черт, о чем мы говорили с ним? Ни о чем и обо всем.
Уверена, что мои читатели ждут глубокомысленных воспоминаний о тех словах, что Владимир Буковский произносил.
Но как вам объяснить, что железная воля диссидента выткана именно вот из таких детских слабостей, умения переключаться, сбрасывать груз нерешенных проблем на моменты релаксации, чтобы за 3-5 минут привести свои стальные нервы в порядок именно вот такими пустяшными разговорами. И на деле - это вовсе не пустяк, а мощнейшая реабилитация в кратчайшие сроки. Чтобы с следующую минуту уже нагрузить на себя неподъемный рюкзак нерешенных проблем и быть готовым их решать с новой силой.
Невозможно постоянно быть в состоянии "натянутой струны", и наши посиделки в курилке были для обоих хорошими профилактическими мероприятиями.
Причем позже стало ясно, что и мне и ему они были очень даже нужны.
Как-то раз Владимир Константинович вытащил из кармана лист бумаги. На ней оказалась распечатка моей статьи от 2006 года, где я провела анализ того, как Россия умирает.
- Гениально написано, - без всяких вступлений сказал он, протягивая мне этот лист. - распечатал и перечитал трижды. Емко, каждое слово - в точку. В самолете читал.
- Спасибо, мне тоже нравится, - ответила я.
В тот же день после заседания ФПС мы вышли покурить на улицу, было уже ближе к вечеру, все устали, но расходиться не спешили. Владимир Буковский подошел к Немцову и показал эту мою статью. Я заметила его действия, хотя совершенно не просила его об этом, была неподалеку, не вмешивалась, но было интересно послушать их разговор.
- Почему ты не выпустишь сборник статей Васильевой? - мягко спросил Бориса Буковский, - Посмотри, у нее гениальные мысли.
- Владимир , - ответил Немцов, - мы сейчас мой доклад готовим, и приняли решение, что статьи наших членов печатать не будем пока.
Буковский пристально снизу вверх взглянул в Бориса, со стороны это выглядело так, будто он пытается залезть прямо в глаза Немцова.
- Кончайте вы уже этот патриархат. Или ты боишься, что женщина - лидер способна собрать больше сторонников?
Борис внезапно подхватил Буковского под локоть, отвернул от нас всех и сказал:
- Солидарность печатает только мои доклады.
- Борис, но это больше похоже на пиар-компанию одного лидера.
- Так и задумано, - ответил Немцов.
- Нет, так это не было задумано. И это в корне не верно. Движение должно расширять свое влияние на массы, а не аккумулировать все силы вокруг одного лидера. Вы так превращаетесь в партию.
- А что в этом плохого? - ответил Немцов
- Вы делаете большую ошибку. Спорить не буду. Но помяни мое слово: твоя позиция движение только ослабит.
О чем они еще спорили, я до конца не помню. Помню, что каждый остался при своем мнении. Буковский закурил очередную сигарету, взглянул на меня, потом как-то странно пожал плечами и отошел в сторону.
Сейчас, спустя годы, я начинаю понимать, почему Немцов все-таки примкнул к моему проекту. Может быть я просто себе накручиваю, но иногда мне кажется, что тот разговор Буковского с Немцовым о моей статье и предрешил дальнейшие шаги Бориса Ефимовича и его участия в проекте "Груз-200 из Украины в Россию". И именно это ему не простили его друзья, понятное дело, выместив свое недовольство на мне.
После убийства Бориса Немцова, Владимир Буковский позвонил мне и попросил быть максимально осторожной, и порекомендовал уехать из Украины.
А после получения мной политического убежища поздравил и пригласил как-нибудь навестить его в свободном мире Великой Британии. Короткие разговоры в том же спокойно-игривом тоне... Отдушина....
Теперь всё... Ни какого маленького домика с чаепитием, ни курилки...Как-будто потерялось в жизни что-то очень важное...
